«Лес — наше богатство». Избитая еще в русские времена фраза не утратила актуальности и, более того, с расцветом пригородного жилищного строения заполучила особенный смысл. Неплохой древесный дом — показатель и статуса обладателя, и его почтения к традициям, и рвения к жизни в экологически чистом пространстве.
Почему при богатстве материалов обычных (камня, кирпича, бетона) и поболее современных (пено- и газобетона и др.) многие упрямо выбирают для строительства дома либо коттеджа дерево? Ответ довольно прост: нынешние владельцы пригородных домов либо те, кто только собирается такое жилище приобрести или выстроить, — люди среднего возраста, 30–40 лет прожившие в городских квартирах. На самом деле, каким бы комфортным ни было жилище в городке, это все таки коробка из бетона либо кирпича. И переход от городской жизни к пригородной чувствуется острее и радостнее, если при всем этом конструктивно изменяется материал стенок жилья.
Любая компания, строящая дома из дерева, предлагает несколько стандартных вариантов. Если поглядеть все предложения, имеющиеся на рынке, и эксклюзивные проекты профессиональных архитекторов, становится разумеется: дерево предоставляет бескрайние способности для зодчества.
В борьбе с усадкой
Усадка — свойство древесных строений, известное издревле. Плотники еще не так давно не брались поставить дом за год: сруб был должен выстояться в течение 2–3 лет. Сейчас все торопятся жить и не достаточно кто готов ожидать новоселья от 3-х до 5 лет. Тем временем усадка остается насущной неувязкой. Время от времени она добивается 5–8% (если более трети древесной породы естественной влажности). На практике это значит, что каждое оцилиндрованное бревно, к примеру, может уменьшиться в поперечнике на 2 см (от эталона 240 мм до 220 мм).
Не считая естественной «усушки» дерева, все древесные материалы (бревно, оцилиндрованное бревно, лафет, брус и т. д.) испытывают усадку до 2% под воздействием нагрузки сверху и за счет раскрытия трещинок. И если высота сруба была 3 м, то в конечном итоге верх стенки может опуститься на 15–20 см. Такая усадка время от времени «выдавливает» окна и двери и тянет много других проблем. Считается, что максимум усадки дома приходится на 1-ый год после постройки, а в предстоящем ее величиной можно пренебречь. Как указывает практика, это не совершенно так — процесс усадки дома из древесной породы естественной влажности может длиться до 7–8 лет. Сроки зависят не только лишь от того, когда дерево срублено (зимняя либо летняя древесная порода) и какова начальная влажность материала, да и от конструктивных особенностей сруба, а главное — от критерий его сушки.
Выход — придерживаться по мере сил испытанных технологий, сразу применяя новые технические решения. Скажем, дом, построенный из материала естественной влажности, нужно равномерно доводить до нормы по содержанию воды. В течение первого года сушка должна быть естественной. Через год можно включить отопление, но в щадящем режиме, чтоб температура в помещениях составляла 5–8 °С. При таком режиме дерево высыхает медлительно, и новоселье можно справить только года через два.
Тем, кто торопится, следует доверить строительство древесного дома докам. Только они не понаслышке знают огромное количество приемов, позволяющих уберечь дом от «косяков». А именно, выручают ситуацию огромные зазоры у оконных и дверных просветов (потом легче их заделать и утеплить, чем перебирать сруб), применение винтообразных стяжек на концах бревен, правильных «замков» и других строй хитростей.
Непростая кровля — это конкретно то, что нередко делает один древесный дом не схожим на другой. Не считая того, такая кровля дает возможность «поиграть» не только лишь с видом строения, да и с дизайном помещений, в особенности мансардных.
Но даже очевидная двускатная кровельная конструкция огромного древесного дома может повести себя неадекватно. Если же кровля четырехскатная либо, как сейчас стильно, многоуровневая сложной формы, то ее поведение при усадке фактически непредсказуемо. Такую кровлю вообщем лучше сходу не настилать — пусть дом хотя бы год-полтора, пока происходит основная усадка, постоит под временным покрытием (зачем употребляют, к примеру, рубероид). И только после чего, кропотливо обследовав стропильную систему, можно монтировать кровельный материал. В определенном смысле находкой для архитекторов и строителей стало внедрение висящих стропил. Даже если такие стропила в итоге суровой усадки оторвутся от стенок либо конька, внешние стенки не развалятся — не даст стягивающая их горизонтальная опора (затяжка).
Приблизительно настолько же эффективны при строительстве древесного дома компенсирующие винты на опорных внешних столбах — регулируя их, можно достигнуть выравнивания уровня бревен и уменьшения образовавшихся при усадке щелей.
Подарки прогресса
Технологию клейки древесной породы полностью можно счесть главным подарком прогресса конструкторам, работающим с древесной породой. Как обожают гласить те, кто практикуется конкретно на древесно-клееных конструкциях, такие дома сохраняют все плюсы древесных, но при всем этом фактически лишены их основного недочета — усадки, которая составляет всего только около 1%. В строительстве удачно употребляются как клееный брус, так и LVL-панели, набранные из шпона.
Совсем иную эстетику сруба делает более узкий в сечении, чем бревно, клееный брус. Обычно, габариты этого материала 240 х 240 мм. Показавшийся совершенно не так давно вариант 300 х 240 мм и планируемый в ближнем будущем 300 х 300 мм значительно обогатят древесную архитектуру, добавив увлекательных снаружи моделей срубов, в каких эти новые размеры бруса будут хорошо обыграны. (Проекты домов с внедрением бруса таких габаритов можно было созидать на последней выставке «Деревянное домостроение».)
Архитекторы в протяжении веков были ограничены в способностях, из-за того нельзя было сделать просветы в древесном доме больше, чем длина бревна. Обилие современных проектов древесных домов почти во всем обеспечено тем, что балки сейчас изготавливают из склеенного бруса, длина которого при производстве лимитируется только критериями перевозки (из-за габаритов транспорта балки выпускают длиной приблизительно 12 метров).
Фантазия архитекторов
В особенности эффективны заслуги прогресса в сочетании со познаниями и творческим подходом. Нередко в древесное зодчество перекочевывают идеи из классики мировой архитектуры, воплощенные ранее в других материалах, к примеру в кирпиче либо бетоне. Да и само по себе дерево еще таит много вариабельности конкретно исходя из убеждений архитектуры. Даже маленький шаг в сторону от эталона дает поразительный эффект.
В качестве примера можно привести работу строительного бюро Maiori Studio: оно ввело в свои проекты домов из склеенного бруса иную конфигурацию угловых колонн (мест, где перекрещиваются бревна). Архитекторы продлили одну из сторон угловой колонны, за счет чего поменялся ее внешний облик и даже в неком смысле расширилась многофункциональная нагрузка: длинноватая сторона перекреста в колонне употребляется как опора для водосточной системы дома (фактически всегда в личном домостроении приходится решать, к чему укреплять водосточную трубу, что станет для нее опорой), на ней можно расположить осветительные приборы и провода, место меж 2-мя такими колоннами с наружной стороны дома становится некоторой нишей, которой можно отыскать применение.
Большой прогресс в многообразии строительных решений пригородных домов связан с показавшейся возможностью сочетать материалы. Сейчас не уникальность строения, в каких смешиваются дерево и бетон, стекло и металл.
Особенной популярностью пользуются дома, с кирпичным либо каменным первым этажом и древесным вторым, где приватное место. Сначала, они прекрасно смотрятся, дают контраст теплого материала (дерева) и прохладного (камня). Такие решения имеют и чисто практическую пользу, в каком-то смысле помогая биться с предубеждением относительно древесных домов, в основном, чем все другие, подверженных возгоранию. Не считая того, делая нижний этаж каменным, зодчие убирают дерево от грунта — источника холода и воды.
Эффектны дома с широким остеклением, двухсветными эркерами. Столетиями окна древесного дома делались маленькими, потому что главные теплоотдачи шли через их и через крышу, а на стенки приходилось всего 20% «утечки» тепла. Стеклянный фасад присваивает исключительный шарм древесной постройке, практически превращая ее из золушки в принцессу.
Дерево — часто встречающийся материал для малых строительных форм сада, для террас и веранд, а без последних сейчас обходятся изредка. В особенности животрепещущи террасы и веранды там, где есть прекрасные обзорные виды (к примеру, на вилле Fiskars, Keramiikkstudio Widnas либо в проекте коттеджного поселка от Maiori Studio). При всем этом древесные террасы более органичны рядом с домами из дерева, что опять-таки увеличивает популярность конкретно древесного жилищного строения.. При всем этом древесные террасы более органичны рядом с домами из дерева, что опять-таки увеличивает популярность конкретно древесного жилищного строения.
Внедрение в строительстве древесных домов гибкой фанеры дает возможность придавать необыкновенные гнутые формы внутреннему месту древесных домов. Разработка изгибания древесной породы вообщем конструктивно изменила подход к архитектуре. Ее с большущим фуррором используют на Западе, а именно в Финляндии.
В особенности отлично смотрятся изогнутые древесные стенки либо винтообразные лестницы, стопроцентно набранные из дерева. А именно, в проекте Espoo Talo Kotilo применен конкретно таковой подход к интерьерному месту: при взоре на лестницу этой виллы практически захватывает дух. Любопытно применение гонта как в внешней отделке виллы (обыденный прием для древесных построек), так и во внутренней. То, как конструктивно этот элемент меняет место, еще раз обосновывает: дерево — материал, способности которого в архитектуре применены еще пока далековато не на 100 процентов, невзирая на его стаж служения населению земли.
